В субботу стало известно, что США запрещают Украине бить по нейтральным судам в Чёрном море, а Турция блокирует проход русских кораблей через пролив Дарданеллы. Похоже, что между Россией и Украиной началась "зерновая война". В таком случае, сейчас Запад включит реальную дипломатию. Слишком много поставлено на карту.
Признаки "зерновой войны" в буквальном смысле налицо. Украина то и дело целит по порту Новороссийска, пытаясь выбить оборону в этом районе. Россия и вовсе парализовала экспорт зерна с Украины. А ведь сейчас начинается уборочная кампания. И покупатели зерновой продукции уже ждут поставок из обеих стран.
На Россию и Украину вместе приходится до 100 млн тонн зерновых культур. Это – 32% мирового рынка. При этом Россия – абсолютный мировой лидер про экспорту пшеницы. За сезон мы поставляем на мировой рынок 45 млн тонн продукции. Украина поставляет не более 15 млн тонн. Кроме того, Украина экспортирует 11% мировых поставок кукурузы. Кроме того, совокупно Россия и Украин поставляют на мировой рынок до 20% ячменя.
Коллаж Царьграда
Именно здесь и возникает главный вопрос: а кто вообще сможет заменить русское и украинское зерно, если черноморский экспорт окажется под угрозой? На первый взгляд кажется, что альтернатив достаточно. На мировом рынке есть США, Канада, Австралия, Аргентина, Бразилия, Казахстан и страны Евросоюза. Но проблема заключается не только в количестве произведенного зерна. Важны сроки поставок, стоимость фрахта, наличие портов и главное — способность быстро заменить выпавшие объемы.
Франция остается крупнейшим экспортером пшеницы в Евросоюзе. В зависимости от урожая она может отправлять на внешний рынок порядка 10–15 млн тонн. Для Парижа ключевыми покупателями традиционно остаются страны Северной Африки — прежде всего Алжир и Марокко.
Румыния в этой конструкции имеет особое значение. Через Констанцу проходит значительная часть зерновых потоков региона. Страна способна экспортировать несколько миллионов тонн пшеницы и кукурузы, однако превратить румынские порты в полноценную замену Новороссийску и украинским портам невозможно: пропускная способность инфраструктуры не безгранична.
Еще серьезнее выглядит североамериканский ресурс. США способны ежегодно поставлять на мировой рынок десятки миллионов тонн кукурузы и значительные объемы пшеницы – около 18 млн тонн продукции. Канада остается одним из важнейших поставщиков высококачественной пшеницы, включая твердые сорта, необходимые для производства макаронных изделий. Она также способна поставить около 20 млн. тонн пшеницы. Но это – так называемый "дурум". Такие сорта используют для изготовления макаронных изделий. Цена такой продукции значительно выше, чем цены на русскую пшеницу, которая используется для хлебной промышленности. И потом – покупатели русской продукции макаронами сыты не будут. Влияют традиции, да и возможности стран.
Коллаж Царьграда
Американское и канадское зерно должно пройти через совершенно другие логистические цепочки. Для покупателя в Египте, Турции или на Ближнем Востоке черноморский маршрут зачастую оказывается дешевле и быстрее. Значит, даже при наличии физического зерна мгновенной замены русского и украинского экспорта не найти.
Южная Америка могла бы частично компенсировать дефицит. Но тут ситуация сложная. Бразилия – один из главных поставщиков кукурузы. Соперник США – более 40 млн. тонн продукции. Но пшеницу она производит мало. Зато прекрасно её потребляет. И тут на помощь приходит соседняя Аргентина, которая своими 12 млн тонн закрывает потребности огромной Бразилии в этом продукте. Хлеб в Бразилии любят, он остаётся одним из основных источников калорий для местных жителей.
Есть ещё Австралия. В благоприятные годы страна экспортирует до 20 млн тонн пшеницы и значительные объемы ячменя. Ее главное преимущество — огромный азиатский рынок. Китай, Индонезия, Япония и Филиппины являются естественными покупателями австралийского зерна. Но Австралия находится слишком далеко от традиционных покупателей русского зерна. Перенаправление потоков означает увеличение транспортных расходов и, следовательно, рост конечной цены. Кроме того, поставки из Австралии крайне нестабильны. Всему виной – Эль-Ниньо. В один сезон страна даст миру 20 млн тонн пшеницы, на следующий – всего 5-6. Прогнозы на этот сезон пока неутешительные.
Наконец, есть Казахстан. Это один из важнейших поставщиков пшеницы для Центральной Азии и соседних рынков. Казахстанское зерно востребовано благодаря качеству, а сухопутная логистика позволяет относительно быстро наращивать поставки в Узбекистан, Таджикистан, Иран и другие страны региона. Но и казахстанский экспорт имеет объективный потолок: всего 7-9 млн тонн продукции. А теперь внимание: только один Египет каждый год закупает 12-13 млн тонн продукции. 8 млн тонн закупает одна из самых населённых стран мира Бангладеш. 9 млн тонн пшеницы нужно Алжиру, 7 млн тонн – Турции. 3,5 – Саудовской Аравии, 2,2 – Ирану. И всё это – покупатели русской пшеницы и самые главные потребители этой основной (подчеркнём, основной) продовольственной культуры. А ведь ещё есть Индонезия и Китай, которым нужно по 11 млн. тонн продукции, Филиппины и Вьетнам с потреблением на уровне 7 млн тонн зерна, а также Марокко и Нигерия, которым нужно по 5-6 млн тонн пшеницы. Япония, Мексика, Йемен, Южная Корея, Судан, Тунис, Колумбия, ОАЭ, Сирия, Малайзия. Все они покупают от 5 до 2 млн тонн пшеницы. И потребности этих стран растут (все данные – WASDE, ФАО ООН, Reuters, CBOT, Matif).
Коллаж Царьграда
Получается парадоксальная ситуация. Формально мировое зерновое производство достаточно велико. Однако значительная часть этого зерна уже распределена между конкретными рынками. Нельзя просто взять американскую кукурузу, австралийскую пшеницу или аргентинское зерно и на следующий день направить их вместо черноморских поставок. Именно поэтому настоящая "зерновая война" способна быстро выйти далеко за пределы СВО. Считайте, что конфликт стал мировым.
Первым удар почувствует рынок. Подорожает фрахт, увеличится стоимость страхования судов, вырастет цена зерна на биржах. Затем повышение перейдет в муку, хлеб, комбикорма, мясо и молочную продукцию. А дальше включится политика. Египту, Турции, Алжиру, Саудовской Аравии, Ирану и целому ряду азиатских государств совершенно неважно, как. Но им необходимо получать продовольствие по приемлемой цене и без перебоев.
Именно поэтому заинтересованными в прекращении эскалации становятся уже не только Москва, Киев и Вашингтон. Для Анкары это еще и вопрос собственного положения в Чёрном море. Для стран Ближнего Востока — вопрос продовольственной безопасности. Для Евросоюза — проблема цен на продукты и кормов для животноводства. Для США — риск нового витка мировой инфляции.
Коллаж Царьграда
До сих пор зерновая тема воспринималась прежде всего как один из эпизодов противостояния. Но если под угрозой одновременно оказываются и русский, и украинский экспорт, ситуация меняется принципиально. Мировому рынку явно не нужен победитель в "зерновой войне". Ему нужны работающие порты, безопасное судоходство и гарантированные поставки. Слишком много стран потенциально оказываются непосредственными заложниками ситуации.
Одним словом, собирающимся в Москву спецпосланникам президента США Стивену Уиткоффу и Джареду Кушнеру будет, о чём поговорить. И предлагать придётся многое. Ситуация складывается совсем не так, как хотелось бы в Вашингтоне.
