Дети любят маму и папу. И любят бескорыстно. Даже если родители — тираны. Они готовы пойти если не на всё, то на многое, чтобы родственники были рядом. Даже попытаться "отмазать" от уголовной ответственности.
Так, к примеру, происходит в Адыгее, где родители замучили до смерти маленькую девочку. Малышка в тяжелом состоянии попала в руки врачей, но вопреки их усилиям умерла. Отца арестовали, следом отправилась и мать. У неё остались трое детей. 20 июня стало известно, что адвокат женщины рассылает в СМИ видеоролик с участием тех самых ребят. Два мальчика и девочка просят вернуть им маму, ведь они её сильно любят. И это несмотря на то, что, по данным СК Адыгеи, их воспитанием женщина не занималась!
Видимо, дети действительно любят маму, раз просят оставить её дома вопреки тем трагическим событиям. Но почему? Почему многие дети любят своих родителей, даже если приходиться терпеть боль и унижение? Психолог Евгения Таличенкова рассказала, почему так происходит.
По её словам, в подобных ситуациях уместно обратиться к теории привязанности и результатах проведенных исследований Джона Боулби. Её суть в том, что любой ребёнок нуждается в привязанности к фигуре взрослого, заботящегося о его потребностях и откликающегося на него "своевременно". И если у ребенка есть такие фигуры или фигура (как правило, это родители или родитель), которая вовлечена в его жизнь и эмоциональный мир, удовлетворяет его потребности, то ребёнок чувствует себя в безопасности и, имея эту связь, может быть открыт для исследования мира и наращивать свою первую автономность в своей личной деятельности. Наступает тот самый кризис, где чаще всего можно услышать на любые попытки помочь "я сам/сама".
"В семьях, где родитель не проявляет надежность, у малыша не появляется чувство безопасности. И вместо этого растет тревога, и в ответ на любую внешнюю угрозу (даже если она таковой не является для взрослого и идентифицируется так только ребенком) ребёнок всё больше тянется к взрослому и старается стать всё более "милым" и "угодным", лишь бы получить расположение и вместе с тем защиту и покровительство", — уточнила эксперт.
Евгения также добавила, что такой природный адаптационный механизм свойственен не только человеку. И здесь есть главный минус: что даже в случае, когда главная угроза исходит от самого родителя, он всё равно тянется к нему же и пытается получить от него расположение. Это некий автоматизм, преобразовать который крайне сложно, если вообще возможно.
"Что касается более взрослых детей, то здесь мы уже имеем дело с более сложным процессом. Мышление и понятия некоторых процессов усвоенных в среде, где всегда было насилие будут отличаться от среды, в которой насилие неприемлемо и порицаемо", — подчеркнула она.
К сожалению, дети, воспитываемые родителями, свободно применяющими насилие, преподнося его как инструмент воспитания, могут не только сформировать лояльность к насилию над собой, но и быть причиной и источником деструктивных убеждений. Ребенок, не имея другого опыта отношений в семье, не зная ещё, как могут строить взаимоотношения без насилия, может быть искренне убежден в том, например, что "пожалеешь розгу — испортишь ребёнка", "не битый ребёнок цены ничему не знает" и прочие деструктивные паттерны поведения может видеть как "полезные", применяемые во благо и на пользу из лучших намерений. В психологии этот процесс "оправдания" называется рационализацией. Когда человек называет что-то болезненное каким-то более приятным словом и находит ложные причинно-следственные связи, придумывая для себя объяснения. Что хорошего от этого может случиться? Невыносимый опыт становится более выносимым. Так психике легче принимать то, что преступно и губительно по своей природе, заключила специалист.
