Искусство на посту

«Великая Отечественная война шла четыре долгих года, оккупация Кубани и ее столицы - шесть месяцев: с августа-сентября 1942-го по февраль 1943-го. Как пережили войну театры и музеи Краснодара, вспоминают «КИ».» 576 спектаклей и концертов «драмы» На творческом взлете встретил войну Краснодарский театр драмы им. М. Горького (тогда он размещался в Зимнем театре - здании, которое сегодня занимает филармония им. Г. Ф. Пономаренко: на время оккупации ее артисты разошлись, но уже в октябре 1943 года девять эстрадных бригад, мюзик-холл, ансамбль песни и пляски, театр-аттракцион гастролировали по фронтам). Это была эпоха Константина Степанова-Колосова - режиссера и педагога, создавшего блестящие репертуар и труппу. Часть ее до оккупации успела выехать в Сочи. Там на базе Зимнего театра решением крайисполкома был организован объединенный Краснодарский краевой театр и передвижной театр миниатюр, артисты которого выступали для горожан, пациентов эвакогоспиталя и экипажей военных кораблей. За три года здесь дали 576 спектаклей и концертов. К ним должна была присоединиться другая часть труппы, вышедшая из занятого фашистами Краснодара, но так и не перешедшая линию фронта: под станицей Белореченской артистов развернули назад. Вернувшиеся актеры объединились в театр русской драмы и выступали в клубе «Профинтерн» (у. Красная, 40). - Здание театра драмы отступавшие немцы взорвали: им помог бывший билетер, который при фашистах стал директором немецкого театра «Фронт Бюнэ». Степанов-Колосов плакал над грудой развалин, но уже через несколько месяцев краснодарцы пришли в клуб «Промкооперация», чтобы увидеть, как на крохотной сцене под открытым небом актеры играют премьеры спектаклей «Русские люди» и «Давным-давно». А в 1944 году театру выделили помещение в бывшем кинотеатре «Колосс», которое актеры сами отремонтировали, вспоминал ушедший историк кубанского театра Дмитрий Вайль. Музкомедию превратили в «Кляйне-театр» В 1941 году Краснодарский театр музыкальной комедии (он занимал кинотеатр «Колосс» по ул. Красной, 44, ныне Музыкальный театр) успевает выпустить «Жрицу огня» В. Валентинова, «Марицу», «Честь мундира» С. Заранека и детские спектакли. Труппа 19 июня уезжает на гастроли в Армавир, где дает последнюю премьеру - «Подвязку Борджиа» М. Краусса и играет еще неделю после начала войны. 23 июня Кубань переведена на военное положение: часть артистов Музкомедии уходят на фронт, другие вливаются в объединенный краевой театр, кто-то возвращается в Краснодар. 13 августа 1942 года артистам, оставшимся в городе, объявлено, что они будут служить в Малом фронтовом театре («Кляйне-театр»), обслуживавшем только немецкую армию. Также «добровольно» актеров «зачисляют» в театр «Варьете» (или немецкий кегельбан по ул. Красной, 67) и Украинский театр (ул. Красная, 40), где оперы «Наталка-полтавка», «Маты наймычка» и «Запорожец за Дунаем» играли по-малороссийски. В «Кляйне-театре» артистам платили - 400 граммов хлеба в день, а «Варьете» и Украинский театр работали на самоокупаемости. Репертуар всех трех составлял шеф гестапо. - 16 января 1943 года немецкие оккупанты расстреляли режиссера Музкомедии Александра Елизаветского, а 10 февраля, уже отступая, заминировали здание «Колосса», подожгли роскошные по тем временам костюмы и декорации, - вспоминает сын уборщицы театра Алмаст Багдасарьянц Знарзант (тогда ему было 11 лет). - Заведующий труппой С. Петухов принялся тушить пожар, но увидел, что везде под поврежденным паркетом заложены мины: он догадался обрезать шнуры взрывателей и спас здание театра, где первый спектакль дали только в 1944 году. Исчезли сотни артефактов Двери Краснодарского историко-краеведческого музея (сейчас государственный историко-археологический музей-заповедник им. Е. Д. Фелицына), где тогда хранилось 40 тысяч предметов, не закрывались для посетителей вплоть до оккупации. Его директор Семен Ерофеевич Иванов перед уходом на фронт вместе с сотрудниками (те, кто не воевал, искали по всему югу России сырьевые ресурсы) составил опись упакованных в ящики самых ценных экспонатов и передал их в Кировский финансовый отдел Краснодара. Во время фашистской оккупации музей продолжал работать с новым штатом: директором А. В. Назаревским, сотрудниками Н. Н. Анфимовой и А. И. Кукалевой, художником А.А. Федотовой-Заботиной. Известно, что с археологическими экспонатами работал немецкий профессор Матес, а их зарисовку выполнял сотрудник штаба Розенберга Пишке. 9 октября 1942 года музейная комиссия составила акт о недостаче сотен предметов, не возвращенных из штаба Розенберга, а музей первым в Краснодаре принял гостей, отправив археологические экспедиции в станицы Ладожскую и Тамань. Картинная галерея утратила шедевры Директор Краснодарского художественного музея им. Луначарского (сейчас краевой музей им. Ф. А. Коваленко) 25-летняя Александра Осипова вместе со старшим научным сотрудником Михаилом Богоявленским (оба награждены медалью «За оборону Кавказа») уже осенью 1941 года стала добиваться вывоза основной части коллекции на Южный Урал. Поезду с 13 ящиками музейных ценностей и валами, на которые были намотаны холсты, последнему удалось проскочить под бомбежками. На берегу Каспийского моря груз на шаландах переправили на другой берег, а оттуда - в Соликамск под Пермью. - Коллекцию разместили в неотапливаемом Троицком соборе Соликамска, и Михаил Петрович дежурил там в 40-градусные морозы, сметая снег с ящиков, зарисовывая собор и по памяти - залы нашего музея. После войны их с архивом Богоявленского его жена передала в Соликамск, и они стали основой их художественного музея, - рассказывает сотрудник музея им. Ф. А. Коваленко Иван Ващенко. - Когда в 1944 году хранители вернулись в Краснодар, заболевшего Богоявленского из поезда выносили на носилках, и все тяготы по восстановлению экспозиции легли на Александру Ксенофонтовну. Тогда же начался занявший десятилетия процесс составления по инвентарным книгам и актам о взятии картин из музея по распоряжению коменданта германских войск списка утраченных в оккупацию экспонатов. За полгода фашисты увезли в Германию и сожгли: 100 предметов графики, 216 - живописи, 126 - икон XVIII - XIX вв. и пр. Потери понесли все коллекции - от русской реалистической школы до авангарда. Исчезла живопись и графика стержневых фигур отечественного искусства: И. Богданова, Д. Бурлюка, Ю. Анненкова, Л. Лисицкого, А. Моргунова, Н. Кульбина, М. Клодта, Р. Френца, К. Гуна, А. Куинджи, Л. Бакста, Р. Фалька, Л. Поповой, Н. Самокиша, Д. Штеренберга. И мы никогда уже не увидим рисунок Марка Шагала «Человек и коза». Анастасия Куропатченко