Надежда на жизнь

«Перемирие - светлое слово, несущее надежду на прекращение огня и спасение многих людей. Но есть ли в действительности эта надежда? Наш корреспондент побывала в Донецкой народной республике и своими глазами увидела, как ждут мира измученные войной люди.» Перемирия нет. Об этом знают измотанные дорогой украинские беженцы, находящиеся на ростовских вокзалах. Кто в обнимку с детьми, кто, присев на тюки и сумки, кто, просто закрыв лицо курткой, спят вперемешку в залах ожидания или кучкуются у касс, обсуждая ситуацию на Украине. Все они ждут, когда можно будет вернуться домой. Три часа пути отделяют их от родной земли, родного дома. - Устали, сил уже нет, - рассказывает Мария, пожилая женщина. - Все последнее время жили у моей сестры в Твери, услышав о перемирии, поехали домой, но попали в такую переделку в Матвеевке! Спаслись в бомбоубежище, люди помогли, а то и куда бежать не знали. Муж ее качает головой, пережили немало, предпринять новую попытку опасается, а возвращаться в Тверь - значит, совсем потерять надежду увидеть свой дом. Но жена все время мягко уговаривает, она устала жить на вокзале. Они советуются с другими беженцами, стоит ли попробовать все-таки проехать. Подбегает молодая женщина со спящим в коляске ребенком. - Луганск обстреливают, мне звонили! Не берите билеты, подождите, там пропадете. - Да что вы! Я недавно разговаривала с родными, ехать можно, - возражает ей другая беженка. - Во сколько вы говорили? - В полдесятого вечера? - А я в 11. Да, за полтора часа могло многое поменяться. Перемирия нет. Об этом могут рассказать люди, уезжающие с по-прежнему обстреливаемой территории в Россию через центральное КПП в селе Успенском. Колонна машин, ожидающая своей очереди на выезд, измеряется километрами. В обратную сторону ни одной нет. - Вернулись было домой, в Донецк, услышав о перемирии, - рассказывает Зинаида. - Проверили жилье, все в порядке, ничего не разгромлено, не обворовано, хотя пригород Донецка пострадал очень сильно. Артобстрел еще продолжается, нервы сдали, вот и уезжаем снова. Надо жить, есть, а значит, и работать. На родине это невозможно. Сын уже устроился в строительную фирму в Краснодаре, невестка работает продавцом в Лорисе. И хотя в приграничную Успенскую из Ростова можно доехать на такси за 2,5 тысячи рублей (желающих отвезти хоть отбавляй), предлагающих свои услуги таксистов у КПП со стороны ДНР ни одного не было. Ехать-то куда? Впрочем, есть на границе еще один КПП - для облегченной проверки жителей Ростовской и Донецкой областей. Толпа желающих пересечь границу выстроилась в очередь. Визуальный досмотр сумок, личный досмотр при помощи металлоискателя, паспортный контроль, пронзительный взгляд в глаза - и дорога открыта. - Пропустите, пожалуйста, меня без очереди, я на почту опаздываю! - просит мужчина, и люди понимающе расступаются. Тут все такие: жизнь на границе, а бытовые проблемы - по обе ее стороны. Но к вечеру очередь нарастает со стороны ДНР, многие спешат успеть вернуться в Россию. Мир в Донецк придет еще не скоро. Так говорят ополченцы, выполняющие боевые задания на блокпостах, разрезающих бесконечные степные дороги на малюсенькие участки, ограниченные мешками с землей и бетонными блоками. - Идет война, каждый день обстрелы города и диверсионные нападения. Если бы нас искусственно не сдерживали, мы бы уже давно взяли Мариуполь. На Украине объявлена третья мобилизация. Чего ждать? Пока новобранцев обучат и подтянут новую технику? Перемирия нет, и рассчитывать не на что, - говорит ополченец кубанский казак Алексей. Однако крестьяне донецких деревень рук не опускают - зима впереди. Тихонько ползет фермерский комбайн, старенький, но полполя уже убрано. Недалеко пасется стадо коров: молоко будет. Подсолнухи пока не убраны, но время еще есть. А главное - люди продолжают верить, что нормальная жизнь восстановится и наступит долгожданный мир. Юлия Симатова