Приватизация возвращается. Пока без залоговых аукционов
Росимущество начало подготовку к продаже 7,8% акций «Совкомфлота». Рыночная стоимость пакета — порядка 15–16 млрд рублей. После сделки доля государства сократится с 82,8% до 75% плюс одна акция. Государство начинает продавать доли в крупнейших российских компаниях. Пока речь не о повторении 1990-х, но экономическая логика происходящего становится подозрительно знакомой: бюджету нужны деньги, а собственность можно превратить в них быстрее, чем создать новые источники доходов.
Примечателен выбор момента. «Совкомфлот» вовсе не находится на грани банкротства. За первое полугодие 2026 года его выручка в тайм-чартерном эквиваленте выросла на 61%, до $809 млн, EBITDA увеличилась более чем вдвое, до $547 млн. Вместо прошлогоднего убытка компания получила $284 млн чистой прибыли. Ставки морского фрахта между тем обновляют исторические максимумы.
Иными словами, государство продаёт долю в прибыльном активе на подъёме рынка. Минфин объясняет решение хорошими финансовыми результатами компании и развитием фондового рынка. Объяснение вполне рациональное. Но есть и другая сторона.
Федеральный бюджет заканчивает 2026 год с ожидаемым дефицитом около 7,35 трлн рублей, или 3,2% ВВП. Расходы растут, нефтегазовые поступления сокращаются, заимствования остаются дорогими. Даже повышение налогов не позволяет полностью закрыть разрыв между доходами и обязательствами.
На этом фоне готовятся продажи не только «Совкомфлота», но и государственных пакетов «Аэрофлота» и Новороссийского морского торгового порта.
Разумеется, 15 млрд рублей «Совкомфлота» бюджет не спасут. Это примерно две десятых процента годового дефицита. Но важен принцип: государство начинает активнее превращать накопленную собственность в текущие бюджетные поступления.
В 90-е приватизация была не столько переходом к рыночной экономике, но и способом получения денег государством, остро нуждавшимся в финансовых ресурсах. Кульминацией стали залоговые аукционы 1995 года, когда крупнейшие активы оказались в руках ограниченного круга покупателей, по сути, вообще бесплатно.
Правда, сегодня отличия всё-таки есть. Государство не отдаёт контроль над стратегическими компаниями, а продажа миноритарных пакетов через рыночные механизмы пока что не дошла до уровня залоговых аукционов.
Но российский финансовый рынок стал значительно более замкнутым. Иностранные инвесторы практически исключены, а отечественный капитал ограничен. Чем больше крупных пакетов государство предложит рынку, тем сильнее покупатели смогут настаивать на льготных для себя условиях. Так что интересно, кто же приобретет для себя этот выгодный пай.
Продажа собственности даёт бюджету разовый доход, но не устраняет причин дефицита. Более того, государство фактически меняет часть будущих дивидендных поступлений и возможного роста стоимости активов на деньги сегодня. Если полученные средства направляются преимущественно на текущие расходы, экономический эффект оказывается краткосрочным.
Отсюда и прогноз. При сохранении бюджетного давления приватизация в 2027–2028 годах может расшириться. Сначала за счёт небольших пакетов прибыльных компаний, которые можно продать относительно быстро, не теряя контроля. Если же потребность в деньгах продолжит увеличиваться, возникнет соблазн выставлять на продажу более значительные доли.
