"Атаки идут одна за другой". Выигрышная модель Wildberries дала сбой: Что теперь будет с маркетплейсом?

Выигрышная бизнес-модель Wildberries в условиях боевых действий дала сбой. Так, централизация складской логистики, обеспечившая оптимизацию процессов и серьёзные прибыли, сыграла злую шутку на фоне конфликта. О том, что теперь будет с маркетплейсом, порассуждал Никита Комаров: "Атаки идут одна за другой".

За последние дни украинские беспилотники атаковали сразу четыре распределительных центра Wildberries. Под ударами оказались логистические комплексы в Электростали, Котовске, Краснодаре и Невинномысске. Повреждения получили не только складские помещения, но и автоматизированные узлы обработки заказов, через которые проходят миллионы товаров.

Последствия ударов могут затронуть не только сам маркетплейс, но и огромное число предпринимателей, для которых товары на складах фактически являются всем оборотным капиталом. Риски в эфире программы "Итоги дна с Делягиным" оценил ведущий Царьграда Никита Комаров.

Михаил Делягин и Никита Комаров. Фото: Царьград

"Никто от новых атак не застрахован"

Wildberries уже около пяти лет имеет очень серьёзную прибыль. По итогам 2025 года компания заработала 175 миллиардов рублей, и это "внушительная сумма", подчеркнул эксперт.

И у них это получалось делать именно за счёт централизации. То есть концентрация максимальная. Концентрация в одних местах существенно удешевляла логистику и вообще все операционные процессы. Меньше инвестиций требовалось для того, чтобы такую инфраструктуру построить. Но вот в кризисные моменты такая модель дала сбой. Для Wildberries это действительно серьёзно,

- пояснил ведущий "Первого русского".

То есть централизация складской логистики сыграла злую шутку на фоне боевых действий. В этих условиях выигрышная модель Wildberries дала сбой. Что теперь будет с маркетплейсом?

Два склада, которые были атакованы в Московской области, давали около 10% общей площади. С них снабжался не только Московский регион, но и другие территории, которые не входят в так называемую Московскую агломерацию. Что касается Краснодара, там, судя по кадрам, тоже ущерб серьёзный. И действительно непонятно, как дальше действовать Wildberries в этой ситуации,

- констатировал Никита Комаров.

Он отметил, что стоимость повреждённых зданий и оборудования, включая роботизированные комплексы, хотя и велика, всё же не является главной проблемой. Куда тяжелее последствия для продавцов, чья продукция находилась внутри складов.

Убытки от ударов непосредственно по складам, в том числе складам с оборудованием, с роботами, которые Wildberries активно внедряет для оптимизации расходов, по разным оценкам, могут составить от 20 млрд до 50 млрд рублей. Финансовый ущерб серьёзный, но посильный. Но проблема в том, что, скорее всего, на сотни миллиардов рублей сгорели товары, которые Wildberries уже самостоятельно, по крайней мере - быстро, не сможет компенсировать владельцам. Кроме того, никто от новых атак не застрахован. Даже если маркетплейсам разрешат закупать ПВО, ставить сетки, средства РЭБ, на это требуется время. А мы видим: атаки идут одна за другой,

- заключил ведущий Царьграда.

Коллаж Царьграда

"Бьют по всему ценному, до чего могут дотянуться"

Политолог, публицист Алексей Живов ранее отмечал в разговоре с Царьградом, что враг переходит от "избирательного террора" в отношении нашей гражданской инфраструктуры к "неизбирательному террору":

И речь идёт уже не только о заводах, нефтеперерабатывающих предприятиях, газовых экспортных узлах, но и, к сожалению, о гражданских автобусах с людьми, очередях на контрольно-пропускных пунктах, которые также стали атаковаться, и, конечно, о складах с гражданской продукцией. Они ведут неизбирательный террор, то есть, не выбирая цели, бьют по всему ценному, до чего могут дотянуться.

Коллаж Царьграда

Эксперт уточнил, что речь идёт не о случайном выборе отдельных объектов, а о значительном расширении перечня целей, по которым наносятся удары:

Я имею в виду неизбирательность в том смысле, что география и номенклатура целей, которые они стали выбирать, существенно расширились. Постепенно мы приходим к тому, что любой человек, транспортное средство, завод или логистический комплекс на территории России становится целью для украинских террористов. Именно об этом я говорю.