"18 марта" – статья Нестора Махно, опубликованная в марте 1926 года в парижском журнале "Дело труда", сильно повлиявшая на развитие анархистской идеологии. Обобщая опыт Парижской коммуны и Южноукраинской трудовой федерации, он обосновал новую тактику, сторонники которой объединились в "платформистское" течение анархизма, существующее по сей день
Статья Махно была посвящена годовщине первой диктатуры пролетариата, установленной в столице Франции 18 марта 1871 года. В том же номере журнала, в продолжение вышеуказанного текста вышла ещё одна статья "батьки" под названием "Памяти Парижской коммуны".
В них он называет Коммуну "светлым маяком", "первым опытом вольного творчества масс". Тем не менее, в отличие от Петра Кропоткина, восхищавшегося "святой стихийностью" коммунаров, практик гражданской войны видел в отсутствии жёсткой организованности ("платформы") главную причину поражения парижских революционеров:
"Коммуна была богата героизмом, но бедна ясным сознанием цели. (...) Вместо того, чтобы немедленно организовать производство на социалистических началах и захватить банк, коммунары играли в представительство и государственность".
По его мнению, пролетарская диктатура "была слишком запутана в сетях буржуазного парламентаризма". Для своей победы, как полагал Махно, революционный Париж "должен был быть безвластным союзом коммун, а не столицей с централизованным советом".
Исходя из данной оценки, он призывал международный пролетариат не просто чтить память погибших революционеров, а готовить "новую, окончательную Коммуну", которая не побоится разрушить государство до основания.
В контексте же истории Новороссии очень важно, что Махно преподносил "вольные советы" – прямое самоуправление крестьян Северного Приазовья 1918-21 годов – как попытку исправить ошибки Парижской коммуны на пути формирования безгосударственного общества.
Лидер Махновщины отвергал "мягкотелость" и "доброту" руководства Парижской коммуны в отношении политических противников. В его понимании террор против угнетателей – необходимое условие выживания революции.
Подобно тому как это происходило в Приазовье, "батька" призывал не тратить время на выборы и консультации, а немедленно разоружать врагов, захватывать ресурсы и самоорганизовываться в трудовые советы "снизу доверху": "сила – в самоорганизации, а не в вождях".
Ключевой мыслью, вызвавшей огромный резонанс среди анархистов, стала идея о создании единой организации, без которой сторонники анархии будут всегда проигрывать централизованным силам (версальцам или большевикам). Такая организация должна была строиться на единой идеологии и коллективной ответственности.
Залог победы анархической революции Махно видел в создании "армии без генералов", основанной на принципах повстанчества и способной вовлечь в партизанскую войну крестьянство. Пассивное ожидание наступления врагов на баррикадах в Париже лидер Махновщины считал основной военно-тактической ошибкой коммунаров.
Дальнейшее развитие эти идеи полили в опубликованной 20 июня 1926 года "Организационной платформе Всеобщего союза анархистов" под авторством Махно и его давнего соратника Петра Аршинова.
Платформа говорила о необходимости создания организации анархистов партийного типа, способной возглавить революционный процесс. Аналогом таковой авторы видели Гуляйпольскую группу анархо-коммунистов, а затем Гуляйпольский союз анархистов.
Сам же революционный процесс Махно и Аршинов рассматривали не в традиционном для анархистов виде моментального переворота, а длительного процесса, переходящего в гражданскую войну.
Для победы над силами контрреволюции предлагалось создание "вольных батальонов", сформированных на основе принципов добровольности и выборности командования. В понимании "платформистов" это автономные отряды, но координируемые единым оперативным штабом.
Хотя в "парижский" период своей жизни Махно и сохранял симпатии к крестьянству, но утверждал, что лишь союз земледельцев с промышленными рабочими и интеллигенцией может обеспечить успех социальной революции. Такое объединение сил виделось ему важным условием скорейшего слома государственных институтов и расчистки почвы для новых форм общественного устройства.
Ещё одной идеей "платформистов", неоднозначно встреченной лидерами анархистского движения, являлось создание в новом безгосударственном обществе центральных органов для регулирования хозяйственной жизни. Наличие единого производственного плана, по мнению Махно и Аршинова, не отменяло анархистского постулата самодеятельности масс, так как центральные органы задумывались ими опять же как сугубо координирующие.
Следы "гуляйпольского" прошлого лидера "платформистов" можно увидеть в отрицании им фундаментального для анархистов принципа навязывания крестьянами коммунистической формы землепользования.
В целом же, как считает кандидат исторических наук Иннокентий Назаров, "Н. Махно и его соратники провели фактическую ревизию традиционного анархистского учения с целью адаптировать его к реалиям политической практики". Это роднит лидера Махновщины с его оппонентом по Гражданской войне в России – Лениным, весьма вольно трактовавшим принципы марксизма.
Основная часть анархистского движения во главе с Себастьяном Фором негативно восприняла новации Махно, обвинив того в навязывании методов большевиков. В лозунге "платформистов" "революция – это не праздник, а война" сторонники Фора – "синтезисты" – видели отказ от гуманистических идеалов анархизма.
Махно попал в изоляцию и казалось, его идеи будут забыты. Но расстановку сил в мировом анархизме поменяла Гражданская война в Испании, начавшаяся в 1936 году. Верная идеям "платформизма" Федерация анархистов Иберии была одной из наиболее боеспособных антифранкистских сил. После войны эти же взгляды легли в основу идеологии влиятельных анархистских федераций во Франции и Италии. Сегодня сильно эволюционировавший "платформизм" объединяет десятки организаций на разных континентах и, по ряду оценок, является доминирующим направлением в анархизме.
