За последние девять лет число людей, занимающихся научными исследованиями, сократилось на 20%. Это не просто тревожный симптом, это повод для того, чтобы немедленно начать менять ситуацию.
Снижение привлекательности научной карьеры, хроническое недофинансирование, бюрократический ад – всё это выталкивает лучшие умы страны за рубеж. Талантливые, амбициозные ученые, в которых вложены колоссальные ресурсы государства, ищут лучшие условия для жизни и работы. Как можно строить суверенную, технологически самодостаточную державу без её главного строительного материала – интеллектуального капитала?
Огромная часть молодых и перспективных ученых выбирает коммерческий сектор. Почему? Ответ банален: зарплаты в разы выше, а бюрократические препоны, которые душат академическую науку, отсутствуют. Зачем годами пробивать стены согласований, когда можно спокойно и достойно работать на благо бизнеса и своей семьи, получая при этом более достойное вознаграждение за свой труд?
Выпускники вузов, полные энтузиазма, идут в аспирантуру, живут на скромную стипендию, работают за символическую плату. Получают заветную степень кандидата наук… Но для многих это лишь трамплин в более высокооплачиваемые сферы. Уходит не только молодежь. Уходят кадры среднего возраста (35-50 лет), в которых уже вложены колоссальные государственные средства и опыт. Это «вымывание» среднего звена – критическая проблема, нарушающая преемственность поколений. В науке остаются ветераны, чьи силы на исходе, и карьеристы, для которых диссертация – лишь ступенька к другой жизни, возможно, за границей. По окончании аспирантуры, молодые кандидаты наук сталкиваются с реальностью: зарплаты в научных учреждениях ставят их на грань выживания. Кто их осудит за желание «продать» свои знания и опыт подороже?
Излишняя отчетность, согласования, тендеры по ФЗ-44 и ФЗ-223 – это реалии российской науки. Пока западные ученые получают нужные реактивы за часы, наши исследователи месяцами ждут результатов полугодовых тендеров. К моменту, когда необходимое оборудование или реагенты поступают, необходимость в исследовании уже отпала: патент на открытие получил коллега из-за рубежа.
Интриги, кумовство, отсутствие прозрачных механизмов продвижения – всё это отталкивает талантливых, но не связанных с «нужными людьми» молодых ученых.
Ещё в 2021 году говорилось об увеличении числа уезжающих специалистов в 5 раз с 2012 года (с 14 тысяч до почти 70 тысяч в год). На начало 2026 года эти цифры, по всей видимости, продолжают расти. Особенно тревожит ситуация с выпускниками ведущих технических вузов – МФТИ, МИФИ, МГТУ им. Баумана. В них вложены огромные ресурсы, но они оказываются востребованными не на родине, а на мировом рынке.
Судите сами: МФТИ: до 30-40% выпускников некоторых факультетов уезжают в зарубежные PhD-программы (США, Европа). МГТУ им. Баумана: уезжают инженеры, специалисты R&D в крупные корпорации (Германия, Китай). МИФИ: высокий спрос на специалистов по ядерной физике и кибербезопасности. Циркуляция мозгов, временный отъезд с последующим возвращением, практически остановлена. Теперь – «тихая утечка»: специалисты, оставаясь формально в России, работают на зарубежные стартапы. Более того, сотрудничество с зарубежными коллегами, особенно в областях, связанных с государственными секретами, стало рискованным. Дела Александра Шиплюка, Анатолия Маслова, Валерия Звегинцева – яркие примеры.
Бюджетные расходы на науку гражданского назначения достигли минимального уровня с 2017 года. Это происходит, несмотря на поручение президента увеличить расходы на науку к 2030 году.
Что делать? Это вопрос, на который мы должны ответить немедленно, иначе рискуем остаться без будущего, без технологического суверенитета, без собственной науки. Более подробно – в статье наших коллег из УтроNEWS.
