«Он был горячим защитником всего русского»

«9 февраля исполнится 180 лет со дня рождения Михаила Микешина - выдающегося российского скульптора и художника. Его последняя работа - проект памятника Екатерине II в Екатеринодаре. В декабре 1995 года решением гордумы Краснодара имя скульптора было присвоено одной из улиц краевого центра.» Родившийся в д. Платоново Смоленской губернии будущий академик десятилетним мальчиком был определен в ученики местному иконописцу. В шестнадцать лет Миша Микешин поступает в Академию художеств, где осваивает батальную живопись. Во время учебы он показал недюжинный талант, получив все существовавшие тогда ученические медали. Его работы столь профессиональны, что одну из них, изображавшую конных гренадеров, покупает император Николай I, а по заказу великой княгини Марии Николаевны Микешин пишет шесть холстов с изображением повседневной жизни донских казаков. В 1858 году молодой живописец оканчивает Академию с большой золотой медалью, званием классного художника и правом на шестилетнюю поездку за границу. Однако вместо пенсионерской поездки за казенный счет в Европу фактически не имевший опыта самостоятельной работы Михаил Микешин начинает бороться в конкурсе за право проектирования памятника к 1000-летию России, который намеревался установить в Великом Новгороде. Проект Микешина победил среди 53 представленных работ. А для того чтобы самому руководить исполнением проекта, Микешин изучал скульптурную технику у знаменитого русского скульптора Ивана Шредера. В результате он получил множество подобных заказов: по его проектам памятники созданы Кузьме Минину в Нижнем Новгороде, адмиралу Грейгу в Николаеве и Александру II в Ростове-на-Дону. В мае 1894 года Михаил Микешин передал в дар Кубанскому казачьему войску 500 экземпляров изображенных и изданных им икон просветителей-славян братьев Кирилла и Мефодия. Иконы были освящены митрополитом Санкт-Петербургским Исидором и предназначались для распределения по всем учебным заведениям города и области, а также «в хаты той станицы, которая, - писал Микешин, - примет меня, Михайлу Нэчосу, своим соказаком». 15 июля 1895 года газета «Кубанские областные ведомости» извещала читателей: «Дело о постройке памятника Екатерине II на Крепостной площади продвигается вперед. Модель памятника готова, и скоро будет утвержден проект. Идут переговоры с художником Микешиным по поводу заключения с ним контракта на сооружение памятника. Все сооружение Микешин принимает на себя». Кубанское казачье войско выделило на устройство памятника 143 тыс. рублей. Примечательно, что в этот же самый день, 15 июля, в Санкт-Петербурге Михаил Микешин завершил составленное им «Описание проекта памятника императрице Екатерине II» с приложением им же подготовленной исторической справки о Черноморском казачьем войске и переселении казаков на Кубань. Это «Описание…» 21 июля было одобрено цензурой и в 1896 году издано в столице отдельной книжицей. Начиналось оно словами: «Публичный памятник только тогда соответствует своей цели, когда он отвечает сложившимся в народе воспоминаниям и передает эти воспоминания потомству…» Скульптор предполагал изобразить императрицу на трехстороннем постаменте (его она предпочитала всем другим), у основания которого, около жалованной грамоты, поместить фигуры Григория Потемкина и исторических деятелей казачества: Антона Головатого, Савву Белого, Захария Чепегу, с противоположной же стороны - группу кобзаря с бандурой в руках… 12 августа 1896 года модель памятника Екатерине II по проекту Микешина была высочайше одобрена. Памятник стал последней работой выдающегося русского художника, скоропостижно скончавшегося в январе 1896 года. «В своей художественной деятельности он не знал усталости, в общественных делах он был одним из первых, готовых безвозмездно работать ради общей пользы, - писала газета «Новое время» в некрологе. - Кроме того, он был горячим защитником всего русского, и потому рисунки иностранного происхождения на разных предметах промышленности и торговли вызывали очень часто его негодование. Для игральных карт, изображающих рыцарей и иностранных дам, он сочинил рисунки из сказочного русского мира. Лубочной литературе, в которую проникли иностранные юмористические сюжеты, он дал ряд лубочных картин с сюжетами из жизни русской деревни. Словом, Михаил Осипович всегда и во всем был вполне русским. Будучи хорошо обеспеченным в момент своей наибольшей славы, в последнее время он был принужден часто отказывать себе в самом необходимом. Умер он далеко не богатым».