Заместитель руководителя второго отдела по расследованию особо важных дел СУ СКР по Краснодарскому краю капитан юстиции Олег Дубовик поделился с «КН» тонкостями работы по раскрытию резонансных преступлений на конкретных примерах.
С начала несколько слов о специфике работы этого подразделения. Его создали чуть менее двух лет назад для расследования наиболее сложных преступлений, имеющих экономический характер, связанных с противоправной деятельностью представителей властных и правоохранительных структур, направленных против госслужбы и госсобственности. Проще говоря, основные усилия следователей отдела направлены на изобличение коррупционеров и наиболее дерзких мошенников.
— Такие уголовные дела требуют самой высокой квалификации следственных работников, — говорит Олег Дубовик. — Поэтому штат отдела сформирован из наиболее опытных сотрудников всех городских и районных подразделений краевого следственного управления, которые являются для нас кузницей кадров. При назначении в отдел люди проходят довольно сложный конкурсный отбор.
И такая кадровая политика приносит результат. В прошлом году отдел направил в суды 16 резонансных уголовных дел, а в текущем уже расследовано 13. По многим из них вынесены обвинительные приговоры. Особый интерес представляют детали расследований. Они во многом отражают суть этой непростой работы, требующей большой смекалки и нестандартного мышления. Следующие примеры ярко иллюстрируют тезис о том, что каждое уголовное дело уникально.
Фигурантами первой из сегодняшних историй стали два чиновника отдела технадзора управления ЖКХ администрации Краснодара. Одного из них, занимавшего должность специалиста, пригласили потрудиться в Новороссийск как редкого профессионала узкого профиля. Ему нужно было оценить и принять работы, связанные с заменой лифтов в многоэтажках. По своей инициативе он привлек к делу начальника названного отдела, но никаких проверок не последовало. Вместо этого мужчины заявили представителям компании-подрядчика, что акт приема выполненных работ будет подписан лишь при условии передачи им вознаграждения в размере 3 процентов от суммы контракта — это около 400 тысяч рублей. Предприниматели сообщили обо всем в полицию, и чиновников взяли с поличным при передаче денег. Но это было только началом. Главной сложностью для следствия стала квалификация действий злоумышленников. Дело в том, что инспектор окунулся с головой в «работу», никак не оформив свои правоотношения с администрацией Новороссийска, а его начальника туда и вовсе не звали. Выходило, что официально они не имели полномочий по приему работ, а значит, совершили мошенничество как частные, а не должностные лица. За это предусмотрено более мягкое наказание. Но следователи не пошли по простому пути. Они провели целый комплекс экспертиз, в том числе с привлечением инспекции труда и контрольно-счетной палаты Новороссийска. И в итоге им все-таки удалось доказать, что злоумышленники использовали свое служебное положение, хотя изначально об этом трудно было говорить. Суд согласился с доводами следствия и назначил наказание обоим фигурантам дела. Показательно, что один из них полностью признал вину. Кстати, после этой истории и череды иных противоправных действий, по фактам которых возбуждены уголовные дела, названный отдел администрации Краснодара был расформирован.
Интересно, что из этого дела родилось еще одно. Вскоре после вынесения приговора названным чиновникам под уголовное преследование попал адвокат одного из них. На него пожаловалась супруга осужденного, рассказавшая, что с самого начала юрист «кормил» их пустыми обещаниями. Сначала он гарантировал прекращение преследования на этапе следствия, затем в суде. И даже когда огласили обвинительный приговор, адвокат продолжал уверять клиентов в наличии договоренностей с важными людьми, которые вот-вот приведут к полному освобождению фигуранта. При этом за свои «услуги» он брал грабительские гонорары. На момент обращения к правоохранителям женщина уже передала ему 1 млн. 200 тысяч рублей, большую часть из которых взяла в долг, и вскоре должна была заплатить защитнику мужа очередную сумму. При ее передаче адвоката и взяли. Следствие установило, что он просто обманывал клиентов и занимался личным обогащением. У адвоката нет никаких полномочий гарантировать принятие того или иного решения. К тому же на тот момент за неуплату взносов он уже был исключен из Московской коллегии адвокатов, в которой ранее состоял, утратив свой статус и полномочия. В итоге суд признал горе-юриста виновным в мошенничестве, причем сам он тоже признал вину.
Так и хочется воскликнуть: «Граждане! Берегитесь мошенников-юристов!», потому что еще одно дело, о котором поведал Олег Дубовик, тоже из этой серии. Его фигурантами стали двое работников частной юридической фирмы из Геленджика, присваивавшие деньги клиентов. Обещая им красивый результат, по факту они ничего не делали и лишь создавали видимость работы. Таким образом, они похитили у граждан, в большинстве случаев пенсионеров, 300 тысяч рублей. В связи с множеством эпизодов и другими сложностями дело было передано из Геленджика во второй отдел по особо важным делам. Показательно, что на первых порах потерпевшие не верили в успех следствия. Мошенники были осторожны и, к примеру, при приеме денег выдавали людям ничего не значащие филькины грамоты, которые сложно приобщить к делу. Обвиняемые настаивали на невиновности, и следствию пришлось исследовать массу документов, допросить множество потерпевших и свидетелей, чтобы опровергнуть каждый пункт алиби жуликов. Судья оценил эту работу и признал юристов виновными в мошенничестве. Кстати, после этого в правоохранительные органы стали поступать новые заявления против названных мошенников.
Чудеса смекалки и находчивости пришлось проявить коллегам Олега Дубовика при расследовании уголовного дела в отношении начальника отдела ФССП России по Тимашевскому району. Его обвинили в получении взятки в размере 300 тысяч рублей за прекращение исполнительного производства о взыскании штрафа. Одним из главных доказательств вины пристава должны были стать записи его переговоров, на которых он требовал деньги за свою «услугу». Но фигурант отказался давать образцы своего голоса для сравнительной экспертизы. Это его право. В таких случаях можно использовать любые сделанные ранее записи с участием обвиняемого, хоть его речь на новогоднем банкете. Но ни дома, ни на работе ничего такого не нашли. Тогда решили тщательно изучить биографию «клиента». Оказалось, что когда-то он работал следователем. Смекнули, что нужно «копать» в этом направлении.
— Мы проанализировали всю его следственную работу, перешерстили весь архив с делами, которыми он занимался, — рассказывает Олег Дубовик. — И в результате все-таки нашли уголовное дело, к которому был приобщен компакт-диск с видеозаписью проверки показаний на месте, на котором имелся голос обвиняемого. Эта запись и была успешно использована экспертом для проведения идентификации.
Благодаря этому пристава признали виновным и приговорили к семи годам колонии. Кроме того, на него наложили штраф, в десятки раз превышающий размер взятки.
Иные сложности возникли при расследовании дела в отношении четырех сотрудников апшеронской полиции. Во время дежурства они задержали двух мужчин за мелкое правонарушение, но этого им показалось мало. Пэпээсники еще решили и проучить их с помощью кулаков, дубинок и электрошокера. Отбыв сутки административного ареста, граждане обратились в Следственный комитет. Но, по словам Олега Дубовика, следователи столкнулись с корпоративной солидарностью в названном отделе полиции. Все его сотрудники — от дежурных до руководства — утверждали, что ничего не видели, практически не давали показаний и выдвигали четкое алиби фигурантам дела. Картину преступления пришлось воссоздавать по крупицам с помощью изъятых в УВД записей с видеокамер, в поле зрения которых несколько раз мельком попали преступные действия полицейских. И в итоге дело было доведено до суда, который вынес обвинительный приговор.
— В последнее время борьба с преступлениями, совершаемыми сотрудниками правоохранительных органов, является одним из приоритетных направлений в деятельности СКР, — говорит Олег Дубовик. — Стоит задача опровергнуть бытующее в обществе мнение о том, что из солидарности с коллегами мы не выносим сор из избы. Руководство ориентирует нас на принципиальную работу в этом направлении. В данном ключе мы ее и выстраиваем, привлекая к ответственности виновных независимо от их должностного положения.
Текст: Александр ВЛАСЕНКО
