Откуда не ждали

«Военная поговорка «Фашистам много жарких бань дала советская Кубань» в равной степени относилась и к краснодарцам, сражавшимся в тылу врага: оставленным за линией фронта подпольщикам из числа работников совпартактива и органов НКВД, сформированным летом и осенью, еще до оккупации города в 1942 году, партизанским отрядам и стихийным группам сопротивления.» «Кубанцы» и Батина элита Одна из самых известных опергрупп управления НКВД по Краснодарскому краю - «Кубанцы» - успешно занималась разведкой в оккупированном Краснодаре и прилегающих районах, совершив до 60 групповых и одиночных переходов через линию фронта, а также вела оборонительные бои в предгорьях. Именно «Кубанцы» в ночь на 12 февраля 1943 года вместе с передовыми частями вошли в освобожденный Краснодар. Три партизанских отряда Краснодарского куста, контролировавшие железную дорогу Абинская - Краснодар, - «Иль», «Мстители» и «Овод» за время оккупации кубанской столицы пустили под откос семь эшелонов с живой силой и техникой противника, уничтожив семь паровозов и свыше 170 вагонов. Самая необычная из этих групп - «Иль» или отряд Бати, Петра Карповича Игнатова, куда входили его жена и сыновья. Он почти целиком состоял из городской интеллигенции: директоров вузов, инженеров комбината «Главмаргарин» и его НИИ, партийных и научных работников, экономистов. Партизаны были минерами-диверсантами: взрывали мосты, электростанции, склады, колонны грузовиков. И честь первого взрыва фашистского поезда на Кубани, при котором погибли братья Евгений и Гений Игнатовы, принадлежит «Илю». Синтезированную для Красной Армии в институтских лабораториях взрывчатку, которую не успели вывезти, при приближении фронта члены «Иля» перевезли в горы, где обустроили лагерь. Так отряд стал своеобразным партизанским «комбинатом» и минно-диверсионным «вузом»: его кузнечно-механические, столярные, сапожные и портновские мастерские, госпиталь обслуживали и обучали взрывному делу эту и соседние группы. Пашковчанки схватки не боятся Пашковский партизанский отряд Краснодарского куста существовал с 9 августа 1942 по 12 февраля 1943 года: он был единственный, кто и базировался и действовал в тылу врага. Сформированный задолго до оккупации города отряд возглавлял председатель Пашковского райисполкома Поликарп Орцев, и 9 августа 1942 года он покинул Пашковку на «пикапе» и трехлинейках, чтобы базироваться в лесах Адыгеи. В самой станице осталась самостоятельная подпольная группа во главе с Раисой Лихонос: она поддерживала связь с дозорными в Краснодаре, Пашковке и окрестных хуторах, вела наблюдения и оставляла собранные сведения в дупле старого клена. Благодаря им боевая группа отряда своими операциями вынудила гитлеровцев прекратить даже дневное дорожное сообщение между Горячим Ключом, станицами Пензенской и Саратовской. Тактику атак на фашистов осенью 1942-го придумала и опробовала под станицей Саратовской комсомолка Вера Карпович: конные обозы с продуктами и боеприпасами, двигавшиеся по проселочным дорогам, партизаны из засады забрасывали бутылками с горючей смесью - сначала первые подводы, которые, загоревшись, преграждали путь, потом остальной караван. Хотя оккупанты стали вырубать лес по обеим сторонам от дороги полосами шириной до двадцати метров, пашковчане продолжали налеты в тылу врага до освобождения города: помогли пропуска, которые Раиса Лихонос получала от назначенного гитлеровцами атаманом станицы казака Касьяна Чуприны. Они же больше двух десятков раз помогали перейти линию фронта разведчикам действующей армии. Цена Победы - «монетки» жизней юных Среди героев краснодарского подполья немало мальчишек и девчонок. Пятнадцатилетний Володя Головатый, сын служащих завода «Краснолит» вместе с семью друзьями-сверстниками собрал простенький радиоприемник: слушал сводки Совинформбюро, делал рукописные листовки и расклеивал их на Сенном базаре. Ребятам прятали раненых красноармейцев; однажды им удалось подпалить немецкий склад горючего и танк… Володю, раздававшего листовки на рынке, схватил немецкий патруль: жуткие пытки в гестапо, требования выдать имена и явки подпольщиков. Головатый не дожил до освобождения Краснодара Красной армией одиннадцать дней: его казнили 31 января 1943 года. Володю нашли во рву, что был на месте Чистяковской рощи: совершенно седой парнишка укрывал своим пальто трехлетнюю девочку… Лидии Воскресенской было 13 лет, когда в квартиру ее дяди Михаила Калашникова и его жены Евдокии Николаевны (ее родители ушли на фронт) комендатура определила на постой пятерых немецких офицеров. Михаил Семенович был подпольщиком группы Саркисова: девочка, гуляя по городу, собирала сведения о стоянках и складах немцев и румын, а Евдокия Николаевна передавала разведчику 56-й армии Петру Шокуру. Когда гестаповцы повесили ее тетю на углу улицы Пашковской, Лида вернулась домой, отдала связному армии последнюю записанную Евдокией Николаевной сводку, достала пакет с крысиным ядом и подсыпала его в приготовленный для фашистов чай. Лиде, полумертвой от побоев в гестапо, перед тем как затянуть на шее петлю, повесили на грудь табличку: «Она отравила пять немецких офицеров»… Анастасия Куропатченко