Из небытия

«Они действительно возвращают из небытия имена павших на Великой Отечественной войне солдат и офицеров, многие из которых все это время считались пропавшими без вести… Они дают возможность родным и близким узнать о судьбе героев, захоронить их останки. Они ликвидируют белые пятна в истории тех героических и трагических лет. Все это - практически безвозмездно, в свободное от работы и учебы время. Речь - о бойцах поисковых отрядов.Об этом и многом другом редакция КИ побеседовала с одним из самых известных поисковиков Краснодара и Кубани,заместителем руководителя краевой общественной научно-поисковой организации «Щит и Меч» Евгением Порфирьевым. Кстати, его основная,а не общественная, должность - начальник отдела экологического надзора по Краснодарскому краю и Республике Адыгея Федеральной службы РФ по надзору в сфере природопользования.» - Евгений, сколько лет поисковое движение существует на Кубани? И каков лично Ваш поисковый стаж? - Официально поисковое движение существует не только на Кубани, но и в России в целом с 1989 года, когда прошел первый Всероссийский слет поисковых отрядов. А я занимаюсь этой работой с 1985-го, когда, будучи членом кружка «Красные следопыты» при Североморском Доме пионеров, впервые увидел останки наших бойцов - защитников заполярного Севера. Это на Кубани они укрыты в горах и лесах, а там - тундра, камень, все на виду, и это производит неизгладимое впечатление навсегда… Вот уже почти 30 лет посвятил поисковому делу. - Ваша деятельность чем-то регламентирована? - Конечно. В первую очередь, Федеральным законом «Об увековечении памяти погибших при защите Отечества», аналогичным краевым законом, постановлением губернатора Кубани «О порядке организации и проведении поисковых работ на территории Краснодарского края». Вся наша деятельность ведется в строгом соответствии с требованиями этих документов. - Сколько на сегодня всего поисковых отрядов на территории края? - Думаю, примерно пятнадцать. Почему «примерно»? Некоторые прекращают свое существование, другие - новые - регистрируются. Недавно, например, свернули свою деятельность Краснодарское краевое общественно-поисковое объединение «Набат», поисковый отряд «Юг», работавший в основном в Абинском районе… Организация «Щит и Меч», которую я сегодня представляю, существует с 1998 года. Все поисковые отряды замыкаются на государственном учреждении Краснодарского края «Центр военно-патриотической, поисковой работы и допризывной подготовки молодежи», которое координирует их деятельность. - Каковы же причины, по которым некоторые поисковые структуры прекращают существование? - Основная - финансы, точнее, их отсутствие. Мы, например, денег ни у кого не просим, годовой бюджет «Щита и Меча» - а это личные средства его бойцов - примерно 150 тыс. рублей. Конечно, это смешная сумма, представьте, сколько стоит хотя бы один выезд в труднодоступные районы горной местности… Работаем в основном на энтузиазме. В этой связи хотелось бы, чтобы о поисковиках вспоминали почаще, нежели 23 февраля и 9 Мая, да в дни официальных перезахоронений обнаруженных нами останков бойцов. - Тем более, что результаты у краснодарских поисковиков уникальные… - Да, они самые впечатляющие среди других регионов России, где тоже велись кровопролитные бои. Например, на территории края мы обнаружили 131 самолет времен Великой Отечественной и останки 54 летчиков, личности 51 из которых - практически всех! - установили. Поисковая работа в этом направлении - приоритетная для краснодарских поисковиков, можно сказать, своеобразная наша фишка. Еще в 2001 году я написал работу «Кубанское небо», получившую грант I степени Министерства образования России, выпустил книги «Крещение огнем» и «Битва за небо», посвященные воздушным сражениям в небе Кубани - крупнейшим в истории Второй мировой войны. Поисковая работа в этом направлении имеет свою специфику: у каждого самолета был бортовой номер, номер двигателя - если найти эти фрагменты, то цифры (они продублированы во многих архивах) почти со 100-процентной вероятностью позволят установить имена пилотировавшего его экипажа и тем самым идентифицировать останки пилотов. - С пехотой сложнее? - Гораздо. Там может помочь лишь пенал, сохранивший документы или иные данные бойца, награда (они у нас в армии были номерными)… Более 5000 останков советских солдат и офицеров подняли мы на Кубани. Идентифицировать удалось примерно 400 погибших, то есть около 10% - это считается высоким показателем. Но сейчас и эта работа становится более эффективной. Например, в основном мы работаем между поселками Экономическим и Саук-Дере, где в годы войны располагалась знаменитая немецкая полоса обороны «Голубая линия», при штурме которой полегли десятки тысяч наших бойцов. Сейчас мы располагаем ее трофейной аэрофотосъемкой, по которой можно с помощью GPS-оборудования, выехав в поле на раскопки, сделать привязку буквально к каждой траншее, каждому окопу. Зная, какая часть воевала здесь - с точностью до ста метров - по созданной при Министерстве обороны базе «Мемориал» мы даже по инициалам бойца, нацарапанным, например на фляжке, идентифицируем уже до 30% найденных останков. - А если попадаются немецкие или румынские? - В последнее время у нас сложились нормальные, деловые, рабочие отношения с «Фольксбундом» - Немецким народным союзом по уходу за военными захоронениями. Он имеет представительства во всех странах, где когда-либо воевала Германия, в том числе и в России. Такие останки мы передаем им для захоронения на военном собирательном кладбище в Апшеронске. Лично я противник создания немецких мемориалов в любом виде на нашей земле, но раз такое решение принято на межгосударственном уровне, то пусть уж немецкие останки лежат там. - А их родственники в Германии? - У немцев принято так: где погиб, там и похоронен. Да, я слышал много рассказов, что за немецкий жетон в Германии родные погибшего чуть ли не «мерседес» готовы подарить, но это все на уровне баек. За долгие годы ни разу с таким не сталкивался. - Какие ваши самые громкие - если тут уместно это слово - находки в прошлом году? - Например, на территории Кавказского биосферного заповедника, в горах близ Сочи, мы обнаружили самолет ДБ-3Ф и останки четырех членов его экипажа. Территория заповедника охраняема, поэтому место падения не было тронуто и разграблено «черными копателями». Этот бомбардировщик с аэродрома Кореновска вылетал на бомбежку Севастополя, и судьба его была до сих пор не известна… Экипаж был интернациональным: русский, два украинца, грузин… Мы разыскали всех их родственников. Казалось бы, от Батуми (там жили родственники погибшего грузина) до Сочи рукой подать, но тогда между нашими странами не было транспортного сообщения. Представляете, они добирались по маршруту Батуми-Турция-Москва-Сочи, чтоб присутствовать на погребении останков. У братской могилы плакали, обнявшись, и они, и украинцы, и русские. Поисковая работа сплачивает людей, укрепляет дружбу народов иной раз эффективнее официальной дипломатии. - Бойцов многих национальностей находите на Кубани? - Больше всего славян, много армян, азербайджанцев. Под Саук-Дере воевала 408-я «армянская» дивизия, костяк которой составляли уроженцы этой республики. Родные тех, чьи останки мы подняли и идентифицировали, ежегодно приезжают на Сопку Героев, где состоялось захоронение, поминают павших, благодарят поисковиков. Сейчас разыскиваем родных азербайджанца Махмудова - гвардии старшины 32-й стрелковой дивизии. Он родом из-под Баку, а погиб на Кубани под Саук-Дере в августе 1943-го, посмертно награжден орденом Красной Звезды… Если родственники отыщутся, они смогут не только забрать его прах на родину, но и получить награду бойца. - Говорят, в местах поисковых раскопок своеобразная, чуть ли не мистическая аура, тяжелая атмосфера… - С мистикой не сталкивался, а вот атмосфера действительно тяжелая… Если работаешь пять-шесть дней, ощущаешь моральную тяжесть, усталость, возвращаешься домой, на работу, в нормальную жизнь - какое-то время приходится акклиматизироваться, многое вокруг кажется странным и диким. Как будто в фильме «Мы из будущего»: резко переносишься из одной эпохи в другую. - Слышал, поисковики вашего отряда имеют награды других государств? - Имеют. Например, девяти бойцам «Щита и Меча» вручены именные часы Президента Республики Армения. А на днях ваш собеседник и поисковик из Сочи Александр Гартман награждены медалью Союзного государства России и Беларуси «За добросовестную службу». Хотя работаем мы, конечно, не ради награды. Поисковик - это уже состояние души, это социальная миссия, это наш долг перед памятью погибших.