Когда не спят музеи

«Самыми популярными хэштегами в соцсетях девятой для Краснодара (и семнадцатой для остального мира) «Ночи музеев-2014» были: спил деревьев на ул. Красной,от Мира до Комсомольской, выставка рисунков медийных горожан «Слишком плохого, чтобы быть проигнорированным» перед отелем Hilton с лидером интереса - «Картина Алексея Гусака не требует пояснений. Самоощущение: The Deputat», проект пермского художника Sad Face в КЦ «Типография» и фестиваль свистулек «Птичий гомон» в галерее «Арт-Союз». В попытке соотнести их с темами, на которые беседуют краснодарцы в очередях и залах ночных государственных музеев, «КИ» подслушалиих разговоры.» «Которая из них Малевич?» Перед художественным музеем им. Ф. А. Коваленко, где каждый сектор посвящен этапу в истории картинной галереи, реконструируют 1942-й год и эвакуацию в Соликамск. Рядом ифдет флэшмоб, где все желающие создают коллективную цветокомпозицию на четырех квадратных метрах. Внезапно появляются девушки в бежевых платьях с супрематическими бумажными наклейками на них: «Это что, искусство в массы? Показ коллекции одежды от студентов КГУКИ по мотивам творчества Казимира Малевича? А которая из них Малевич?» - дотошный старичок пытает музейного специалиста. На первом этаже идет «Игра в классики», где наши современники обдумывают мотив одного из шедеврорв: Павел Бабенко гостит у Матисса, Ирина Седова похищает Венеру Серова, Сергей Таушанов создает Доску почета по следам все того же Казимира Севериновича, Дмитрий Кочанович умножает детали Альбрехта Дюрера и получается Durer-Durer. «Смотри, даже логотип нарисовали! Ой, да он в другую сторону повернут», - снимает на смартфон прелестную акварель С. Левиной «Натурщица с iPhone» девушка. Этажом выше, на постоянном «Русском искусстве XVI-XX веков», у портрета курильщика в шляпе Альфреда Гирва (1880-1918) перешептываются два парня: «Говорю тебе, он похож на Н-ка, и тоже курит» - «Потом Н-к сто лет, как портрет, не проживет». «Берешь железку и царапаешь…» Над ул. Рашпилевской несется смешанное с прекрасными мелодиями от «Джазовой лаборатории Романа Беликова»: «П-а-а-а-берегись» - двое всадников мчат наперегонки с велосипедистами и скутеристом. «Ты это видел?» - в удивлении спрашивают друг друга два дежурящих полицейских, сидящих на скамейке у краевого выставочного зала. Его правое крыло с персоналкой новороссийца Романа Белоусова (лауреата губернаторской премии для инвалидов) затемнено, а по центру ярко освещена выставка графики «Воздух белого листа»: более 40 художников. Один из них объясняет другу, как делает офорт: «Берешь железку-пластину, царапаешь рисунок, мажешь краской, делаешь оттиск - вон тетенька всех учит». «Тетенька» - преподаватель худграфа КубГУ Надежда Устрицкая. В другом зале идет проект «Простуда» Владимира Мигачева: дюжина холстов последних четырех лет, «расчлененный» на четвертинки портрет художника с табуретом и тапочками под ним. С ним фотографируются, но меньше, чем с инсталляцией «Рассада» - березовые полена в цинковых ведрах: «Вот так подстмодернистский гротеск из тренда становится суровой правдой жизни. Как почему? Ты Красную видел?» - печально констатирует хипстер подружке. Через стену от инсталляций Михаила Смаглюка слышны звуки леса и волчий вой: «Лес» - это проекция на черный полиэтилен силуэтов деревьев, «Дистанция» - движущиеся от кружения толпы звериные морды из бумаги. «И второй тоже в струю попал», - добавляет давешний комментатор. «Не кричите, иначе не вернутся» В сквере им. Г. К. Жукова перед историко-археологическим музеем-заповедником им. Е. Д. Фелицына Музей почтовой связи Кубани предлагает написать ретрописьмо - на бумаге, пером и чернилами - и отправить в конверте с маркой-фотопортретом автора. Директор одного из театров старательно царапает лист, вздыхая: «Как курица лапой, а когда-то имел пятерку за пропись». У входа в музей казак негодует, что молодежь обходит очередь из молодежи: кипятится, краснеет, негодует; его увещевают три смотрительницы: «Поймите, они приходят сюда раз в год. Не кричите на них, иначе они через год не вернутся». Во дворе презентуют лапидарий - собрание надгробий, стел и статуй и IV-II в. до н. э., и половецких балбалов Х-ХI вв. Молодая пара слушает рассказ о могильной плите времен Боспорского царства со сценой прощания супругов: «Я тебе тоже такую закажу», - говорит девушка… На выставке оружия солидные дядьки как дети щелкают затворами карабинов, ППШ, шмайсеров и кольтов. Один крутит барабан нагана: «Вот так, что ли, играли в русскую рулетку?..» В тишине экспозиции о Кубани в Великую Отечественную маленькая девочка внезапно бьет в корабельную рынду, мама стыдливо тянет ее за руку с места «преступления»: «А для чего тогда вообще эта «Ночь музеев»?» - спрашивает та. Анастасия Куропатченко